Семнадцать лет на скорой – не просто строчка в трудовой, а сотни выездов, тысячи решений, принятых на бегу, и секунды, от которых зависит жизнь. О буднях службы, о тяжести и смысле этой работы рассказал фельдшер Сергей Фоменко – человек, для которого «держать ритм» стало не метафорой, а правилом жизни.
Если хочешь остаться
Путь в профессию оказался почти случайным. После окончания медицинского колледжа Сергей еще не знал, чего хочет: в школе увлекался музыкой и изобразительным искусством, а когда встал вопрос о будущем, решил выбрать дело, в котором точно будет нужен:
– Тогда еще не понимал, чего от меня хотят родители, близкие и чего я сам хочу. Совершил выбор, решив, что буду нужным и устроенным в жизни, отдавшись этой деятельности.
С дипломом медколледжа по специальности «лечебное дело» вариантов было немного: стационар либо скорая помощь.
– На скорой требовались специалисты мужского пола, потому что работа физически нелегкая: приходится пациентов носить, – рассказывает фельдшер.
Так Сергей пришел на скорую – и остался здесь на 17 лет.
Первый номер
Сейчас Сергей работает первым номером, но хорошо помнит, каково быть «вторым». Для него это никогда не было ролью «на подхвате»:
– Вторым номером дают менее опытного сотрудника, но это не значит, что его роль второстепенная. Главное – работать слаженно. Мы не стремимся к конкуренции.
Будни скорой – это не только адреналин, но и паузы между вызовами, когда бригада возвращается на подстанцию, проверяет укладку, сверяет оборудование и ждет нового сигнала. Когда планшет загорается новым адресом, бригада срывается с места.
При этом фельдшерские бригады выезжают и на самые сложные случаи.
– Не всегда вызовы для фельдшерской бригады проще, чем для врачебной. Если врачей нет, если они заняты, срочный вызов отдают линейной фельдшерской бригаде – и мы едем. Инфаркты, инсульты, ДТП – все это тоже наша работа, – говорит фельдшер.
Умение читать ЭКГ – один из ключевых навыков работников скорой. Для обывателя кардиограмма – елочка, а для фельдшера – «текст», по которому нужно быстро принять решение
– Лично я научился видеть глубокий смысл. Если есть сомнения, можно проконсультироваться с узким специалистом – кардиологом – даже по телефону, – рассказывает Фоменко.
Если клинические проявления вызывают тревогу, работники скорой предпочитают перестраховаться:
– Лучше привезти в стационар для дополнительного обследования: повторная кардиограмма, кровь на тропонины, чтобы выявить, есть ли кардиологическая патология.
Успеть довезти
Среди историй, которые остаются в памяти, есть и те, где счет шел на минуты.
– Не забуду тот случай, когда ночью из северной части города на юг везли роженицу. До больницы Луки доехали буквально за четыре минуты. Водитель просто от Бога. Главное, что успели – роды не начались в машине, – вспоминает Сергей.
Бывают и случаи, когда удается вернуть человека к жизни прямо в машине. Недавно одна из фельдшерских бригад «завела» пациента в машине – реанимировала. В практике Сергея тоже было успешное восстановление ритма сердца с помощью дефибриллятора. В кино это выглядит эффектно: линия, разряд, сердце заработало. На деле все иначе: дефибриллятор не «заводит» сердце, он выравнивает ритм при фибрилляции желудочков – патологической аритмии.
Самые сложные и тяжелые моменты, которые отнимают силы сильнее всего, – когда не удается спасти.
– Чаще это пациенты в стадии декомпенсации: ты понимаешь, что не спасешь, но все равно нужно делать свое дело. Физически такие ситуации тоже крайне тяжелые: тридцать минут непрямого массажа сердца – это колоссальные усилия. Меняемся с напарником: я «качаю», потом он, – рассказывает фельдшер.
Притча про бахилы
Немало сил отнимают и ситуации, где медицинская помощь сталкивается с бытовыми нюансами. Одна из самых болезненных тем – бахилы.
– Я предпочитаю не идти на конфликты. Понимаю: люди переживают за свой дом. Но это наша техника безопасности. Если человек вызывает скорую, значит, ситуация экстренная. Не стоит терять время на то, что может стоить жизни, – признается Сергей и относится к этому без обиды. – Люди просто не видят всей картины. Они видят свой ковер. А мы – пациента, у которого счет идет на секунды.
Еще одна сложность – вызовы, которые по сути не требуют бригады скорой: регулярное измерение давления, сахара, бытовые консультации.
– Доверие к скорой у людей выше почему-то, чем к поликлинике. Иногда это даже грустно: значит, где-то система перестала справляться с рутиной, и люди обращаются туда, где точно помогут. Если пациент регулярно вызывает 03, нужна стационарная помощь.
Как восстанавливаться после таких смен? Для Сергея это простые вещи: сон, прогулки, режим:
– Раньше после суток мог еще куда-то бежать, в магазин, по делам. Сейчас понял: если не восстановишься, на следующей смене можешь подвести и себя, и напарника. Иногда просто важно спросить у коллег, как дела у того пациента. И услышать: «Выжил».
Есть и своя зависимость от ритма скорой:
– Когда в отпуске, иногда ловишь себя на мысли, что чего-то не хватает. Как будто тишина слишком громкая.
Но отпуск всегда заканчивается, и снова возвращаешься в тот же темп.
Кто-то со скорой уходил в платные клиники, кто-то — совсем из медицины. Потом многие возвращались.
– Мы не сверхлюди, – говорит Сергей. – Просто знаем, что в эти минуты – единственная надежда. И поэтому держим ритм.
