На цветных современных фото — представительного вида мужчины в гражданском. Руководитель исполкома Тамбовской региональной организации «Российский Союз ветеранов Афганистана и специальных военных операций» Владимир Жаров, называя имена, поясняет: у кого-то уже генеральские погоны, кто-то дослужился до полковника.
Фото сделано в Подмосковье несколько лет назад, на праздновании 40-летия 154-го отдельного отряда специального назначения. На юбилей бывшие сослуживцы съехались буквально со всей страны.
На контрасте с цветными снимками — старые черно-белые кадры. На них афганские горы и пески, военная техника, моменты боевой работы… Владимир Жаров уточняет: в Афганистан он был направлен весной 1986 года в 154-й отдельный отряд специального назначения, который еще называют «мусульманский батальон». Его бойцы в 1979 году непосредственно участвовали в штурме дворца Амина.
Корреспондент «НТ» поговорил с Владимиром Жаровым накануне Дня Воздушно-десантных войск.
От Сахалина до Тамбова, от Ленинграда до Афгана
Все мы родом из детства. С этой фразы начался наш с Владимиром Ивановичем разговор. О своей биографии он рассказывает коротко, но так, чтобы было понимание пройденного пути.
Родился на Сахалине в семье участника Великой Отечественной войны. После, по месту службы отца, семья жила в Туркмении, потом в Германии, наконец, перебрались в Тамбов. Здесь после школы Владимир устроился фрезеровщиком на завод «Ревтруд». А позже поступил в артиллерийское училище, которое окончил в 1976 году.
Получив офицерские погоны, служил в Учебном центре в Ленинграде, потом в Южной группе войск, затем был направлен в Афганистан, а после продолжил службу в управлении 15-й отдельной бригады специального назначения, которая базировалась в узбекском городе Чирчик. Во всех подразделениях Владимир Жаров отвечал за работу службы артвооружения.
После выхода на пенсию жил и работал в Узбекистане, в Тамбове «осел» с 2015-го. Исполком Тамбовской региональной организации возглавил в 2017 году.
«Отряд и бригада, в которых я служил, к десантным войскам имели самое непосредственное отношение. К примеру, для каждого офицера, в зависимости от звания, была определена своя норма парашютных прыжков в год. К слову, я пришел уже подготовленным: в юношеские годы прошел Школу юных космонавтов при летном училище имени М. Расковой, позже еще несколько прыжков совершил на базе Тамбовского аэроклуба ДОСААФ. А всего у меня 69 прыжков», — делится Владимир Жаров.
Спецзадачи боевых выходов
Южная страна встретила непривычно жарким солнцем. Выходя в Джелалабаде с борта Ан-26, капитан почувствовал себя будто в парилке. Столбик термометра нередко показывал даже в тени больше 50 градусов. Ночью, особенно в горах, было куда прохладнее.
«Мой первый боевой выход случился где-то через месяц после прибытия. Вообще, по занимаемой должности я мог в них не участвовать, но для себя четко решил, что буду наравне со всеми», — вспоминает Владимир Жаров.
В тройке с ним в тот раз были двое солдат-срочников. Один — дембель, второй — после года службы. Мой собеседник замечает: молодые по возрасту 20-летние мальчишки, по боевому опыту они превосходили 30-летнего офицера.
«Задачи на такие походы ставились разные. Сидели в засадах на караваны, «выкуривали» дымовыми шашками душманов из подземных кяризов… Были и в прямом смысле творческие выходы: несколько раз лично мне довелось сопровождать съемочные группы — журналисты делали репортажи о ходе афганского конфликта», — рассказывает Владимир Жаров.
Так наш собеседник познакомился, к примеру, с легендарным Артёмом Боровиком. А чуть позже, уже после вывода советских войск из Афганистана, работал в качестве консультанта с режиссером Владимиром Бортко на съемках ленты «Афганский излом» (18+). В этом фильме, делится Владимир Жаров, есть даже кадры с его участием.
«Вернее, камера оператора запечатлела мои… руки. Еще в Афганистане в бригаде был создан музей боевой славы, там были представлены образцы трофейного оружия. При выходе бригады из Афганистана музей был вывезен к месту постоянной дислокации. Некоторые виды трофейного оружия были предоставлены для съемок. Так вот. По сценарию герой итальянского актера Микеле Плачидо должен был быстро перезаряжать автомат. Но у него никак не получалось это сделать быстро. И тогда режиссер предложил снять крупным планом мои руки с оружием», — с улыбкой вспоминает Владимир Жаров.
Всматриваясь в архивные фото, он замечает: годы службы — это время закалки характера, взаимовыручки, поддержки.
«Как ни странно, самые хорошие воспоминания у меня сохранились именно об афганском периоде. Там, в откровенно сложных условиях проявлялись истинные качества каждого бойца. И там, как бы громко это ни было сказано, многие из нас прошли то, что называется школой жизни. И сегодня, спустя десятилетия, я точно знаю, что десантное братство — не просто красивая фраза, а жизненное кредо тысяч наших соотечественников», — говорит Владимир Жаров.
