Доктор психологических наук, профессор, заслуженный деятель науки, заведующая кафедрой социальной психологии Державинского университета, жена и самый верный соратник первого мэра Тамбова – Нина Коваль.
Сказочница Нина
Холодно. Темно. И немного тоскливо. Мама – учитель, дни и вечера проводит в сельской школе. Орловка, что всего в двадцати километрах от Тамбова, село хоть и большое даже по современным меркам, но дождливыми осенними вечерами там из развлечений – только книги. И мечты. Маленькая Нина часто сидела на широком подоконнике, смотрела в темное окно. И придумывала сказки. Без драконов и принцесс. Главная героиня – она сама.
– Придумала сказку, в которой я – уже взрослая. Учусь в большом городе, – улыбается воспоминаниям профессор Нина Коваль. – Я нарисовала себе, что обязательно буду преподавать.
Тогда Тамбов казался девочке столицей. А еще, как в любой сказке, там был герой. Высокий, худенький, темненький. Противоположность ей самой.
И вот Нина уже учится в Тамбове. Она – будущий учитель. Если честно, то сначала девочка хотела поступить в Москву, быть врачом. Участвовала во всех заочных олимпиадах. Но скоро поняла: институт надо выбирать ближе к дому. Семья рано потеряла отца. Мама осталась одна с тремя детьми и не могла учить Нину в Москве. Ближе всего – тамбовский пединститут. Но школа-то в Орловке восьмилетняя. Поэтому девочка поступила сначала в педучилище.
А потом в жизни Нины случился Валерий Коваль. Это было почти как у Пушкина. Только вошел не он, а она. Но узнала сразу.
Он уже учился в пединституте после школы. Был активным комсомольцем. Она пришла поступать после педучилища. Будущих студентов тогда приглашали в штаб абитуриентов, спрашивали, почему выбрали именно этот вуз, интересовались планами на будущее. Нина вошла в большую комнату. За столами – студенты-активисты. Честно рассказала: в ее семье женщины многих поколений, начиная с бестужевских курсов, педагоги. Кем же ей еще быть? Того, кто задавал ей вопросы, девушка не запомнила. А вот на стоящего у окна высокого худощавого юношу обратила внимание. Где-то она его уже видела.
Город, в котором нет…
Конкурс в институт Нина, конечно, прошла. По каким-то уже студенческим делам зашла с подругами в корпус на Комсомольской площади. На стене – доска ленинских стипендиатов. В советские годы стипендия имени В.И. Ленина – самая престижная и высокая. Ее получали только лучшие из лучших. И среди этих «золотых» студентов – он, Валерий Коваль с историко-филологического факультета. Девчонки даже посудачили немного. Мол, а он ничего, симпатичный. Да еще институтскую комсомольскую организацию возглавляет.
Нина проучилась месяц. И все время она в институтских коридорах встречала Валерия. Наступил День учителя. Коваль столкнулся с молодой студенткой на лестнице, окликнул по фамилии:
– У нас День учителя, будешь выступать. Расскажешь, почему пришла учиться сюда.
Девушка только руками всплеснула. Она? Выступать? Перед такой большой аудиторией?
– У тебя получится, – Валерий тогда сказал ей это впервые, а потом повторял много лет.
И Нина выступила. Опять сказала все как есть: и про маму, и про бабушек-прабабушек, и про сельскую школу в Орловке, и про бестужевские курсы. Про сказку только промолчала. Засмеют же: большая уже, чтобы в сказки верить.
Зал долго аплодировал. Валерий долго жал Нине руку и говорил, как хорошо она выступила. Аплодисменты гасли и снова звучали, а он все держал ее руку. Когда Нина, наконец, спустилась в зал и заняла свое место, сидящий рядом декан факультета спросил:
– Что Вам Валерий говорил? Уж так долго он Вам руку жал.
– Говорил, что из меня выйдет хороший комсомольский работник, – честно сказала девушка.
Декан улыбнулся и почему-то сказал:
– Не знаю как комсомольский работник, но женой Вы будете хорошей.
Сначала это было просто на уровне того, что учились в одном институте. Он – историк, она – филолог. Пересекались вроде нечасто. Но Нине казалось, что как-то уж очень пристально этот активный комсомолец Коваль на нее смотрит.
Первый курс позади. Студенты разъехались кто куда. Нина – к маме в Орловку. Жара стояла такая, что спасал только пруд, где местная ребятня и приехавшие на лето студенты порой до вечера и пропадали. Нина с сестрой – с ними. Как-то утром заметили девушки незнакомого велосипедиста, который приближался, оставляя за собой клубы пыли с сельской грунтовой дороги. Это был Валерий Коваль. Он искал Нину.
Вместе с гостем сестры вернулись домой. Мама накормила его и уговорила не ходить с девчонками на пруд – с дороги отдохнуть надо. Разморенный от еды, раскрасневшийся от утомительного пути, комсомолец Коваль уснул, а сестры убежали купаться.
– Судьба. Я об этом всегда вспоминаю. Так устал, но приехал искать меня. «Мне так грустно в этом городе, в котором тебя нет», – сказал он мне тогда. А потом, много лет спустя, уже я говорила: «Как мне грустно, пусто и тоскливо в городе, где тебя нет».
Нина Александровна рассказывает спокойно, без пафоса и трагизма. Валерия Николаевича нет уже больше двадцати лет. Нет, боль не ушла – она притупилась.
Профессор Коваль
Почти все придуманное сбылось. Нина – студентка тамбовского вуза. Встретила его – высокого и худощавого. Такого «своего». Но сказка ведь должна продолжаться!
– И я нарисовала, что поеду в Москву, поступлю в аспирантуру. Я тогда училась по учебникам ведущих психологов. Очень хотелось увидеть их вживую. И я у них училась!
Нина Александровна говорит, что в ее жизни три ипостаси. Первая – преподаватель в вузе: в декабре нынешнего года этой стороне жизни исполнится уже сорок пять лет. Вторая – ученый, исследователь. Под ее научным руководством защитились более пятидесяти человек, которые стали кандидатами и докторами наук. Третья – практикующий психолог. Какое-то время это даже было первичным. В 1994 году Коваль с коллегами открыла психологический центр на Рабочей, 4а, он работает до сих пор. Чтобы иметь моральное право консультировать, Нина Александровна даже устроилась на полставки в школу – учиться практической психологии. Это сегодня кругом коучи, менторы и психологи. А в девяностые годы практическая психология в России только внедрялась.
Но профессором и заслуженным деятелем науки Нина Коваль могла и не стать.
– Ты мэр. Сын поедет поступать в Москву. Зачем мне докторская? – спросила она мужа однажды.
Он таким долгим-долгим взглядом посмотрел на нее и сказал:
– Кем бы я ни был, чем бы ни занимался, твоя профессиональная жизнь должна идти сама по себе. Работай, защищайся. Потому что я уже не могу: погряз в канализационных трубах, лампочках, подъездах. Кто-то из нас должен вырасти в большого ученого.
И она взяла двухгодичный отпуск на работе. Стала писать докторскую.
В то утро, когда Нина Александровна должна была ехать в Москву защищаться, Валерий Николаевич почувствовал себя плохо. Ему бы полежать дома, отдохнуть. Но на базе 19-ой школы открывался музей, посвященный памяти гвардейцев:
– Там приедут ветераны, я не могу не ехать.
У Нины Александровны сердце разрывалось. Она собиралась отменить поездку. Но Валерий Николаевич сказал:
– Нет, ты должна ехать. Со мной все будет хорошо. Я просто устал.
Она защитилась. Окрыленная, позвонила в мэрию. Хотела обрадовать мужа. Сдержанным голосом ответила секретарь: «Я дам телефон, вы перезвоните». У Нины Александровны сердце екнуло. Перезвонила. Женский голос ответил: «Он еще от наркоза не отошел. Позвоните позже».
– И тут я поняла, что он тяжело болен. Теперь думаю: как он был прав, что настоял на моей докторской, – задумчиво говорит профессор. – Это дало мне большие возможности. Я стала профессором. Открыла аспирантуру. В институте была создана научная психологическая школа. И теперь Нина Коваль – это уже личный бренд, к которому я шла долгие годы.
Нина Александровна признается: ни разу не пожалела о том, что выбрала профессиональный путь в психологии. Более того: сын – кандидат психологических наук по социальной психологии. Внук увлекся психологией. Его назвали в честь деда. И теперь, когда он приезжает к бабушке, по улицам Тамбова снова проходит Валерий Коваль.
