Эксперты НОМ насчитали по 11 кандидатов на место в облдуме
В Общественной палате Тамбовской области эксперты регионального штаба по наблюдению за выборами совместно с федеральными аналитиками обсудили итоги этапа выдвижения кандидатов в рамках Единого дня голосования (ЕДГ)-2026. Поводом для дискуссии послужил доклад столичного Центра общественно-политических проектов и коммуникаций «Процесс выдвижения на выборах 2026 – оценка электоральной динамики», подготовленный по заказу Ассоциации НОМ. В то время как федеральная статистика фиксирует рекордную активность партий, тамбовские реалии демонстрируют заметно более сдержанную позицию региональных отделений.
Федеральный фон: высокая явка брендов
Согласно представленным данным, на федеральном уровне избирательная система демонстрирует высокую степень готовности. Из 17 политических структур, обладающих правом выдвижения, в кампанию включились 12. На выборах депутатов Госдумы IX созыва заверены списки 11 партий по единому федеральному округу. На 225 одномандатных мандатов претендует 1 717 кандидатов, из которых 1 635 выдвинуты партиями. Общая конкуренция приближается к 8 кандидатам на место. Эксперт НОМ Владимир Пеньков назвал эти показатели свидетельством проактивной позиции политических сил.
Однако на тамбовском поле картина оказалась иной. Из 17 потенциальных участников выборов в областную Думу списки кандидатов подали лишь 6 партий, что почти вдвое ниже общероссийского показателя. Как отметил Пеньков, «не менее десятка реготделений в Тамбовской области, по сути, не располагают ресурсной базой для участия в масштабных политических кампаниях».
Региональный баланс: узкая база и высокая плотность
Кандидат политических наук Сергей Никоненко связал низкую вовлеченность структур с отсутствием социальной базы и организационными проблемами. При этом он подчеркнул, что выбывание «непарламентских коллег» компенсируется активностью системных партий.
По партийным спискам на 25 мандатов в областной думе заявлено 289 кандидатов. В 25 одномандатных округах — 109 кандидатов. Примечательно, что институт самовыдвижения на региональном уровне фактически не работает: все соискатели идут от партий. Простая арифметика показывает конкурс в 11,5 человек на место по спискам и чуть более четырех кандидатов на округ.
«Состязательность — один из значимых показателей легитимности. Итоги выдвижения отражают традиционные партийно-политические преференции тамбовских избирателей», — заявил Никоненко.
В федеральном разрезе ситуация выглядит иначе. В одномандатном округе № 177 (Тамбовская область) по выборам в Госдуму ожидается не менее пяти кандидатов от партий, что, по словам экспертов, соответствует параметрам электоральной активности прошлых лет.
Институциональные изменения и риски популизма
Кандидат политических наук Илья Хабаров акцентировал внимание на региональной составляющей. В сентябре 2026 года прямые выборы высших должностных лиц пройдут в восьми субъектах, где уже заявились 39 кандидатов от восьми партий. В 39 регионах, включая Тамбовскую область, пройдут выборы заксобраний. На муниципальном уровне в десяти административных центрах участвуют 11 партий.
При этом, констатируя рост правовых компетенций партий, Хабаров указал на сохраняющиеся проблемы: «Не все реготделения готовы соответствовать нынешним требованиям». Эксперты отмечают тенденцию к постановке конкретных задач в предвыборных документах, что ранее встречалось реже.
Член штаба Юлия Буковская предостерегла коллег от формального подхода к взаимодействию с избирателями. По ее словам, партии стремятся фиксировать запросы граждан, однако «главное, чтобы это не превратилось в банальную политтехнологию, а обещанное не было предано забвению после Единого дня голосования».
Итоги дискуссии
Эксперты сошлись во мнении, что тамбовская кампания, несмотря на кажущуюся узость партийного представительства, остается конкурентной внутри шести допущенных сил. Отсутствие самовыдвиженцев и низкая активность малых партий трактуются аналитиками скорее как структурная особенность локального политического поля, нежели как кризис легитимности. Вопрос в том, сможет ли высокая плотность кандидатов среди системных игроков компенсировать дефицит политического выбора для избирателя. Ответ на него даст Единый день голосования в сентябре.
